Module 3. Methodological problems of mass media genre

Perceptive and productive aspects of xenolect in mass media sphere


Yelena A. Kalinovskaya

(Russia, North-Caucasus Federal University)


В современной массмедийной парадигме прослеживается приверженность рассматривать язык не сам по себе, а в совокупности с говорящими на нём. В то же время антропный акцент не умаляет достижений системно-структурного подхода. В связи с этим Ю.Н. Караулов, в частности, замечает: «Введение человеческого фактора, обращение к феномену человека, к языковой личности вовсе не означает выхода за рамки привычного круга идей и ломки сложившейся в науке о языке парадигмы» (Караулов, 2017: 22). На протяжении XX столетия, в основном под влиянием Соссюра, язык рассматривался как «объект», доступный описанию посредством дедуктивных методов, подобных методам естественных наук. Язык понимался как система со своими собственными компонентами и отношениями, описываемая в себе и для себя безотносительно к особенностям её использования. Соссюр был непреклонным в своем требовании автономности лингвистики: «единственным и истинным объектом лингвистики является язык, рассматриваемый в себе и для себя» (Белл, 2018: 35). Привнесение в систему исследования языка личностного аспекта даёт возможность увидеть не только «язык в себе», но и язык в личности, что открывает широкие возможности исследования и позволяет рассмотреть значительно большее количество аспектов языка.
Язык принадлежит к числу сложных функциональных систем. Основная задача этой системы – сделать возможным общение между людьми, в частности в массмедийной плоскости. Следовательно, всё в языке подчинено одной глобальной цели – обеспечению обмена информацией (Касевич, 2017). Язык, являясь относительно самостоятельной системой, всё-таки не представляет собой самоцель, а служит средством общения людей, следовательно, его необходимо рассматривать в рамках масс-медийной, например, коммуникации.
Обозначенное выше вдвойне актуально для понятия «иностранный язык», так как он является не просто средством общения, а неким пропуском к познанию человеком мира за пределами своей страны. Здесь имеется в виду уже межкультурная коммуникация – направление, которое в последнее время становится всё более актуальным.
В свете этого концепт «иностранный язык» всё чаще рассматривается как лингвистический и социолингвистический феномен, а также сквозь призму языковой личности. Актуальным становится вопрос, как влияет на иностранный язык человек, говорящий или пишущий на нём, а также как влияет на него родной язык говорящего. Ключевым понятием, на наш взгляд, в данном ракурсе исследования является ксенолект. Определим его как вторичный язык, рассматриваемый через призму языковой личности, т.е. как продукт речевой деятельности неносителя языка, причём как продуктивной, так и перцептивной, в совокупности со всеми происходящими вследствие этого изменениями.
В.И. Карасик выделяет ксенолекты по признаку системной правильности. В рамках характеристики индивида он определяет ксенолект как переходный период в овладении языком, а в рамках характеристики языка – как особый тип языковой вариативности (Карасик, 2016). Значит, мы можем опираться на ксенолект при исследовании языковой личности в массмедийной плоскости, принимая его за уровень владения языком, и при исследовании собственно языка, рассматривая его как репрезентацию языка.
Ксенолектное употребление языка в массмедийной плоскости характеризуется не свойственными нормированному языку носителей первичного языка структурами. Это говорит о том, что неноситель языка конструирует и применяет собственные правила. Н.А. Недобух выделяет следующие компоненты становления и функционирования индивидуальной языковой системы вторичного языка: особые свойства концептуальной репрезентации, особые свойства первичного языка, общие принципы языковых знаний и языковой организации (Недобух, 2007).
Как пишет И.А. Зимняя, «иностранный язык как всякая языковая система есть общественно-исторический продукт, в котором находит отражение история народа, его культура, система социальных отношений, традиций и др.» (Зимняя, 2016: 25). Незнание или недостаточное знание истории, культуры, системы социальных отношений, правил реализации форм их выражения ведет к практически непреодолимым трудностям во взаимопонимании и коммуникации в целом. И, несмотря на существенное единообразие в области культуры в условиях разнообразия языков, которое служит доказательством возможности преодолеть языковые границы (Вайнрайх, 1972), неноситель языка не способен окончательно избавиться от проявления ксенолектности. Одним из обусловливающих это факторов является интерференция – нарушение билингвом правил соотнесения контактирующих языков, которое проявляется в его речи в отклонении от нормы.
Условием возникновения языковой интерференции является языковой контакт, под которым может подразумеваться или «речевое общение между двумя языковыми коллективами», или учебная ситуация. По Вайнрайху, одна из двух языковых систем, взаимодействующих в речи человека, является первичной по отношению к другой, изученной или изучаемой позднее (родной / первый vs неродной / второй / иностранный язык). Первичная система рассматривается как источник интерференции. Основополагающими факторами языковой интерференции являются, безусловно, факторы лингвистические, например, для лексической интерференции – ощущение лексического дефицита (Вайнрайх, 1972), когда, не имея в лексическом запасе нужного слова на иностранном языке, говорящий прибегает к помощи родного, пытается образовать нужное слово по аналогии с родным.
Однако существенную роль в возникновении интерференции играют также и экстралингвистические факторы, находящиеся вне структурных различий данных языков и вне их лингвистических несоответствий. Это история, культура, география, социальные нормы и отношения и т.д., обозначенные выше.
Одна из проблем, с которой можно столкнуться при исследовании ксенолекта, – это эмпирическая база. На каком материале проводить исследование, чтобы оно наиболее точно отражало ксенолектность. Вернёмся к определению, данному нами выше, – продукт речевой деятельности неносителя языка, причём как продуктивной, так и перцептивной.
Рассмотрим продуктивную речевую деятельность и обратимся к теории порождения речи. Процесс порождения высказывания – это, несомненно, сложное многоуровневое действие (Касевич, 2017). А.А. Леонтьев рассматривает процесс порождения речевого высказывания как сложное, поэтапно формируемое речевое действие, входящее составной частью в целостный акт деятельности, и выделяет следующие этапы: программирование грамматико-синтаксической стороны высказывания; грамматическая реализация и выбор слов; моторное программирование компонентов высказывания (синтагм); выбор звуков; выход (Леонтьев, 2018).
Таким образом, ксенолект может исследоваться как сложное многомерное явление в соответствии с этапами порождения речи. Материалом для исследования в данном случае могут служить высказывания в СМИ, как устные, так и письменные, диалоги, тексты на иностранном языке неносителей языка.
Рассматривая перцептивный ксенолект, обратимся к теории восприятия речи. Восприятие речи – особого рода деятельность. Человек, воспринимающий речь в массмедийной плоскости, не пассивно фиксирует поступающую информацию, а производит активное преобразование речевого сигнала, стремясь наиболее эффективно, в том числе в кратчайшее время, перевести данный сигнал в определенную смысловую запись.
С собственно лингвистической точки зрения допустимо описывать процесс восприятия речи в массмедийной плоскости как последовательную смену этапов-уровней: фонологическая интерпретация сигнала, его морфонологическое и морфологическое описание, установление синтаксической структуры и, наконец, смысловая интерпретация. Одним из аргументов против уровневого восприятия являются довольно большие временные затраты: все процессы восприятия (как и порождения) речи выполняются в реальном времени, и даже при объективно высоком быстродействии соответствующих механизмов человека последовательно поуровневый анализ оказался бы слишком медленным.
Свою программу преодоления этих затруднений предлагает психолингвистика через теорию восприятия, известную как «анализ через синтез». Согласно этой теории, восприятие высказывания сводится к его порождению: слыша высказывание, например в СМИ, человек по каким-то фрагментам, наиболее информативным, устанавливает глубинную структуру, а уже из неё порождает все высказывание в целом, которое и фигурирует в его сознании как воспринятое. Таким образом, оказывается, что носитель языка не нуждается в особых, раздельных механизмах для порождения и восприятия речи: оба процесса обслуживает единый механизм, чем достигается большая экономия в строении языковой системы (Касевич, 2017). Для неносителя языка такое невозможно, процессы порождения и восприятия речи, особенно на ранних этапах владения языком, являются автономными, и причиной этого является ксенолектность. Чем ниже уровень ксенолекта, тем отчётливее это проявляется. Соответственно, по ходу преодоления языковой личностью ксенолектности (отметим, однако, что мы придерживаемся позиции, что полное преодоление ксенолектности неносителем языка невозможно) процессы порождения и восприятия речи в массмедийной плоскости становятся всё более взаимосвязанными.
Особая проблема встаёт в связи с различиями между пассивным и активным владением языком СМИ. Есть веские основания полагать, что способность декодировать сообщения первична и отчасти даже независима от способности кодировать их (Вайнрайх, 1972). По аналогии с продуктивным, перцептивный ксенолект также может исследоваться поэтапно. В качестве экспериментальной площадки можно использовать переводы на родной язык, пересказы на родном языке, принимая за точку отсчёта неточности восприятия информации на иностранном языке, отражающиеся в выходном тексте на родном.
Таким образом, и лингвистические, и экстралингвистические особенности ксенолекта могут быть исследованы как в продуктивном (высказывания, тексты, диалоги неносителей языка), так и в перцептивном (переводы и пересказы на родном языке) аспектах. Такой подход к исследованию ксенолекта соответствует парадигме межкультурной коммуникации, открывает широкие возможности для классификации ксенолектов, а также обеспечивает многоаспектное исследование проблемы ксенолектной коммуникации в массмедийной плоскости.

Литература

1. Белл Р.Т. Социолингвистика. – М.: Международные отношения, 2018. – 320с.
2. Вайнрайх У. Одноязычие и многоязычие. // Новое в лингвистике. – 1972. - Вып. 6. Языковые контакты. – C. 25 – 60.
3. Зимняя И.А. Психология обучения иностранным языкам в школе. – М.: Просвещение, 2016. – 222 с.
4. Карасик В.И. Язык социального статуса. – М.: Ин-т языкознания РАН; Волгогр. гос. пед. ин-т, 2016. – 330 с.
5. Караулов Ю.Н. Русский язык и языковая личность. – М.: Издательство ЛКИ, 2017. – 264 с.
6. Касевич В.Б. Элементы общей лингвистики. – М.: Наука, 2017. – 183 с.
7. Леонтьев А.А. Психолингвистические единицы и порождение речевого высказывания. - М.: Наука, 2018. – 286 с.
8. Недобух Н.А. Лингво-прагматический аспект темпорального концепта при общении на неродном языке. Автореф. дис. на соискание уч. ст. канд. филол. наук. – Ульяновск, 2007. – 23 с.
Made on
Tilda