КАТЕГОРИЯ ПЕРФОРМАТИВНОСТИ В МЕДИЙНОМ ДИСКУРСЕ

Е.Н. Горбачева

(Россия, Астраханский государственный университет)

Одной из дискурсивных категорий, к которым за последнее время возрос интерес лингвистов, является категория перформативности. Ряд исследователей (Романов, Романова, др.) считают всплеск интереса к категории перформативности конъюнктурным и видят в нeм одну из причин сложности подходак перформативам различного порядка — каноническим перформативам, композитным перформативам, перформансным перформативам или перформативным симулякрам. Среди других причин исследователи называют неопределенность значения и границ феномена перформативности как объекта, а также бессистемность его описания (Романов, Романова, 2021: 126). Действительно, с момента введения Дж. Остиным термина «перформативность» в научный обиход появилось множество его интерпретаций в различных научных дисциплинах, а также лингвистических направлений, однако все толкования объединяются общей идеей деятельностного характера всего того, к чему применима категорияперформативности: 1) перформативность высказывания / текстакак его способность осуществить действия, создавать факты, а не просто описыватьих (Дж. Остин, теория речевых актов; Ю. Хабермас, теория коммуникативного действия; Р. Барт, семиотика текста; А.А. Романов, Л.А. Романова, теория коммуникации); 2) перформативность как один из конструктивных признаков культуры, акциональный процесс исполнения, посредством которого ситуативно и неповторимо осуществляется культурное событие (И.В. Четыркина, теория социальной коммуникацци); 3) перформативность как вариант самопрезентацци языковой личности отправителя (Ю.Б. Грязнова, А.В. Шемякина, теория текста); 4) перфомативность как декларация, декларативность (риторика) (Хазагеров, др.).
В каждом направлении предлагаются свои характеристики перформативного действия/ текста. Дж. Остин применяет по отношению к перформативным высказываниям критерий успешности / неуспешности и наделяет успешные перформативы таким едва ли не главным признаком как конвенциональность: условием эквивалентности перформативного высказывания действиюявляется, согласно Дж. Остину, существование общепринятой конвенциональной процедуры, приводящей к определенному конвенциональному результату и включающей в себя произнесение определенных слов определенными лицами в конкретных обстоятельствах (Остин, 1986: 32-33). Очевидно, именно благодаря своей сильной конвенциональной природе остиновские перформативные высказывания не нуждаются в верификации, т.е. к ним неприменим критерий истинности / ложности.
Г.Г. Хазагеров называет перформатив в узком, остиновском смысле, наиболее прямой проекцией «оськонвенции на ось интенции», что означает наличие ритуального характера у перформативов типа «я клянусь», «я благословляю», «я благодарю»: «эти перформативы как бы представительствуют от имени ритуала в обычном общении «я» и «ты» (Хазагеров, 2019: 27). Априорная истинность, самодостаточность таких перформативов сближает их, по мнению Г.Г. Хазагерова, с символами. На примере манипулятивной риторики исследователь демонстрирует тесную связь перформативов и символов: домны, каналы, электростанции и другие достижения народного хозяйства не только имели символическую природу, но и формировали иподдерживали определенную картину мира одной лишь саморепрезентацией (Хазагеров, 2019: 27).
Перформативное высказывание в его классическом, остиновском, понимании претерпевает структурные изменения и «разрастается» до композитного перформативного конструкта — такого образования, которое содержит дополнительные структурные компоненты или модальные модификаторы: модальные и вспомогательные глаголы, включенные предикатные конструкции, предикаты мнения, намерения, оценки, разрешения, позволения, эмоционального состояния и др. (Романов, Романова, 2021: 127).  
Композитные перформативные образования представляют собой типовые сценарии социальной коммуникации, или так называемые социальные практики.Именования композитных образований включают в себя элементы значения направленности на другого (других) и одновременно отсылают к условиям и правилам их функционирования в социальном целом (Романов, Романова, 2021: 129). Употребляятакие социальные практики в Я-форме, говорящий создает новую реальность, новый уровень отношений с участниками коммуникации (Романов, Романова, 2024: 167).
Ю. Хабермас, впервые перенесший понятие перформативности с
отдельного высказывания на текст, несколько выходит за рамки понимания перформатива как действия, прежде всего, конвенционального. Согласно Ю.Хабермасу, перформативный текст —это тип текста, актуализирующийся в ситуации коммуникации, которыйявляется, в nepвyю очередь, действием: во-первых, коммуникативных действием, а во-вторых, действием самопрезентации, репрезентации себя через актуализированные способы мысли и деятельности (Хабермас, 2023: 67).
Р. Бapт говорит о перформативности текста в связи с переворотом в романистике, цель которого - перевести повествовательный текст из сугубо констативного регистра в перформативный регистр, где содержанием высказывания оказывается сам акт высказывания. Отсюда, по словам Р. Бapтa, известная власть современной литературы является не дескриптивной, а транзитивной, поскольку воплощает в речи настоящее время в его чистом виде, чтобы любой дискурс совпал с самим актом, которыйего порождает, а всякий logos (акт представления предмета в мысли) оказался сведен (или распространен) к lexis (акту представления предмета в речи) (Барт, 2023: 89).
Наибольшее развитие концепция перформативных действий Дж. Остина получила, на наш взгляд, в теории социальной коммуникации. Так, И.В. Четыркина отмечаетфакт трансформации прагматического использования перформативной теории в универсально-культурную концепцию, что отражается в понимании перформативности как процесса конституирования социокультурной и этнической идентичности, а это, в свою очередь,становится возможным благодаря «власти дискурса» производить то, что он называет (Четыркина, 2006: 23).В данном подходе вниманиеакцентируется на «исполнительской» стороне перформативов и их ситуативной (социальной, культурной) обусловленности.
Идея Ю. Хабермаса о перформативности как условии саморепрезентации отправителя текста развивается и дополняется в теории текста.
Исследователь перформативных текстов в методологии науки Ю.Б.Грязнова выделяет следующие характеристики перформативного текста:
1) используется в ситуациях коммуникации;
2) представляет собой способ саморепрезентации в коммуникации, обеспечивая существование индивидуальности в коммуникации;
3) является своеобразной экспериментальной моделью;
4) обладает проективной и организационной функциями;
5) оценивается не на истинность, а на аутентичность репрезентации;
6) будучи коммуникативным, является обращением к другому, а потому предполагает наличие места для другого;
7) имеет ярко выраженную топическую организацию текста, в том числе — позиционную (Грязнова, 1998: 69).
В работе Е.А. Горло (Горло, 2007: 29), посвященной анализу универсальной антропоцентрической модели поэтического дискурса, перформативность трактуется как характеристика процесса осуществления ситуативно обусловленного и неповторимого коммуникативного события (дискурса). Иными словами, перформативность стихотворного текста состоит в том, что данный текст превращается из сообщения о некотором событии в его конституирование. В целом же представляется, что перформативная функцияпоэтического дискурса в исследовании Е.А. Горло сводится к речевоздействующей функции: дифференцируя перформативность дискурса на прямую, косвенную и скрытую (Горло, 2007: 24), автор анализирует речевые средства, с помощью которыхотправитель текста оказывает на адресата прямое, косвенное или скрытое воздействие.
В риторике, как было ранее отмечено, понятие перформативности сводится к декларативности. Самыми сильными перформативами здесь считаются высказывания, характеризующиеся итеративностью и ритуальностью, как, например, рекламные слоганы. Г.Г. Хазагеров отмечает, что в отношении рекламного слоганаможно сформулировать максиму: «Я говорю, следовательно, сказанное существует». Так, тиражированный слоган «Gallina Blaпca» — любовь с первой ложки» эквивалентен перформативу: «Gallina Blaпca» объявлена любовью с первой ложки (Хазагеров, 2019: 37).
Такой «декларативный» подход к перформативности, на наш взгляд, делает данную категорию близкойпонятию перформанса. Более того, А.А. Романов и Л.А. Романова указывают на то, что в силу широты трактовок понятия перформативности функционально-содержательная направленность и коммуникативная специфика его базовых конститутивных признаков сводится к обыкновенному перформансу как привычному (шаблонному, ритуальному) исполнению действия (Романов, Романова, 2019: 87). В свою очередь, ученые связывают понятие перформанса с актом творения, актом обозначения языкового употребления и знаниями об актуальном употреблении языка в конкретных ситуациях, с процессуальным актом исполнения речи. Функционально такое речевое исполнение исследователи рассматривают как акт символического обозначения процессуальности исполнения вербального действия. А.А. Романов и Л.А. Романова отмечают, что из-за перформативного поворота в жизненныхконтекстах культурной сферы социума в сторону перформансных речевых актов гораздо более пристальное внимание в настоящее время уделяется не функциональной специфике речевыхактов в институциональной сфере, а их анализу как речевыхпроизведений, как «культурной перформации» или «культурного перформанса». К разряду речевых актов культурной перформации (перформансных речевыхактов) исследователи относятритуалы и ритуальные представления, театральные постановки и инсценировки, критические выступления, полемические статьи, общественные слушания и дискуссии, оказывающие определенное воздействие на культурную жизнь общества (Романов, Романова, 2019: 96).
Размытость понятия «перформативность» и некоторая схожесть понятий «перформативность» и «перформанс» в плане определенного воздействующего эффекта, свойственного как перформативным, так и перформансным действиям, приводит к тому, что категория перформативности выходит за рамки лингвистики и используется в других научных направлениях. По словам Н.В. Четыркиной, понятие перформативности в последние годы приобретает важное значение для культурологических и социальных дисциплин, а также практический характер как руководство к действию различных общественных практик (Четыркина, 2006: 17).
Существующие подходы к пониманию дискурсивной категории перформативности объединены общей идеей деятельностного характера дискурса.  
Анализируя общие подходы перформативности в рамках медийного дискурса, необходимо констатировать дифференциацию фактогенного и стратегического видов. При этом первый вид имеет специфику, проявляющуюся на уровне фокусировки на реальных моментах действительности (т.е. фактуальную особенность) и понимание факта как культурного явления; второй вид – на уровне медийного овеществления факта.
Выделяются различные способы выражения перформативности в медийный дискурс, в том числе посредством текстового уровня - использования прецедентных текстов – и синтаксического уровня – реализации парадоксальности вербальных и визуальных приемов.
Медийный дискурс характеризуется состоянием дискурсивной избыточности (Белозерова, 2015: 7), так как на первый план выходит речевое событие, которое при этом отодвигается на периферийный спектр значимости, уступая место речевому событию и его комментариям. Соответственно перформативность начинает обладать определяющим значением, так как эффект от действий, производимых словами, не дифференцируется по силе и значимости от эффекта реальных событий.

Литература

1. Барт Р. Введение в структурный анализ повествовательных текстов.
- М.: МГУ, 2023. – 116 с.  
2. Белозерова Н. Н. Дискурсивная избыточность и перформативность
современного медийного пространства // Вестник Тюменского государственного университета. – 2015. – № 1. – С. 7-20.
3. Горло Е. А. Универсальная антропоцентрическая модель поэтического
дискурса: автореф. дис. д-рафилол. наук. — Ростов-на-Дону, 2007. — 48 с.
4. Грязнова Ю. Б. Перформативные тексты в методологии науки: дис. .. канд.
философ. наук. – М., 1998. – 116 с.
5. Остин Дж. Л. Словокак действие // Новое в зарубежной лингвистике.
- Вып. 17: Teoрия речевых актов. — М., 1986. — С. 22-130.
6. Романов А. А., Романова Л. A. Композитная перформативность в
интерактивном пространстве диалога // Studia Linguistica. — 2021. - Вып.6. — C.126-139.  
7. Романов А. А., Романова Л. A. Прагмалингвистические основания
конструирования фейкореальности // Вестник Ивановского государственного университета. Серия: Гуманитарные науки. - 2024. - С. 164—177.
8. Романова Л. A. Генеративная грамматика композитных перформативов //
Известия Российского государственного педагогического университета им. А.И. Герцена: Общественные и гуманитарные науки. Научный журнал. - CПб. - 2019. - № 3. - С. 86-98.
9. Хабермас Ю. Теория коммуникативной деятельности. – М.: АСТ, 2023. – 889 с.
10. Хазагеров Г. Г. Ось интенции и ось конвенции: к поискам новой
функциональности в лингвокультурологических исследованиях // Социологический журнал. — 2019. - №1. – С. 27-39.
11. Четыркина И. В. Перформативность речевых практик как конститутивный признак культуры: этническая и историческая перспектива: автореф. диc. ... д-ра филол. наук. – Краснодар, 2006. – 29 с.